Залитая массой народа площадь, со множеством учащихся, с целым сонмом духовенства на украшенном зеленью возвышении, представляла величественную картину особо в минуту, когда преосвященный владыка с коленопреклоненной толпой молящихся воссылал усердную молитву ко Господу о спасении нашей родины предстательством святителя Иоасафа от всяких зол и бедствий внешних, от ползающей по сердцу России крамолы.
Преосвященный Сильвестр, осенив на все четыре стороны толпу молящихся сначала святым крестом при пении обычного многолетия, а затем образом святителя Иоасафа, окропив их святой водой, сказал приблизительно следующее слово:
«Дивен Бог во святых Его! Вчера мы отдавали последний долг любви своей к святителю Иоасафу, прося Господа упокоить его как бывшего жителя смертной земли в Небесных Своих чертогах. Сегодня прославляем его, уже прославленного Господом нетлением мощей и даром чудесных исцелений.
Он дорог всей России, а особо нам, украинцам, как сын нашей страны; близок особо нам, полтавцам, потому что в Полтавской области родился, жил и действовал и здесь же, на родине, в кругу своей родной семьи, в тиши нашей природы провел последние дни своей жизни. Это влечение его перед своей кончиной из Белгорода в леса Прилукские — дорого нашему сердцу.
Он был поистине орлом великим, парящим высоко над землей и сильным своей непоколебимой, горячей верой. Веруем и надеемся, что и нас, полтавских обитателей, он обнимает сугубой любовью, ибо был горлицей с сердцем мягким, душой нежной. Он был строгим начальником, крепко держащим свой жезл архипастыря на благо пасомых, и вместе с тем милосердным попечителем всех бедных и обиженных.
Для нынешнего расслабленного века его аскетически суровый образ покажется, пожалуй, слишком строгим, но святитель Иоасаф, соединивший в себе эту силу и строгость с любовью и справедливостью, являет собой лучший пример истинного христианина.
Нам следует всегда иметь перед нашим внутренним взором этот величавый образ, чтобы и самим явить силу правды и любви».
Под звуки торжественного тропаря святителю крестный ход возвратился в собор, а молящиеся разбирали и уносили домой на память об этом событии цветы, ветви деревьев, которыми был украшен помост для молебного пения…