«Церковность» Ивановское общество трезвости Автор: Трезвенник, псаломщик Иван Дмуховский

В селе­нии Ива­нов­ском, Леп­син­ско­го уез­да, откры­то обще­ство трез­во­сти. Вот уже насту­пил вось­мой месяц, как в селе­нии Ива­нов­ском не умол­ка­ет голос, при­зы­ва­ю­щий бра­тьев и сестер оста­но­вить­ся от чело­ве­ко­гу­би­тель­но­го пьян­ства, кото­рое сви­ло себе здесь такое проч­ное гнез­до, что труд­но и опи­сать его. При­ве­ду при­мер, на какую сум­му в 1907 году ива­нов­ца­ми выпи­то вина. 

В селе име­ет­ся не более как 600 душ чело­век обо­е­го пола, кото­рые могут упо­треб­лять вино. Но име­ю­щий­ся обще­ствен­ный каба­чок в 1906 и 1907 годах вытор­го­вы­вал не менее как по 12 тысяч руб­лей в год, что сред­ним чис­лом при­хо­дит­ся на каж­дую душу по 20 руб­лей. Мож­но было думать, что на буду­щее вре­мя циф­ры кабац­ко­го при­хо­да не толь­ко не пони­зи­лись, а даже напро­тив, уве­ли­чи­ва­лись, если бы неожи­дан­ный и неду­ман­ный слу­чай не повли­ял на его умень­ше­ние — если бы не при­е­хал к нам ново­на­зна­чен­ный свя­щен­ник отец Евста­фий Мала­хов­ский, кото­рый испор­тил каба­ку всю его доходность.

Отец Евста­фий сде­лал­ся трез­вен­ни­ком по убеж­де­нию, поэто­му и при­ня­ты были им меры к уни­что­же­нию зла, дав­но-дав­но уко­ре­нив­ше­го­ся в Ива­нов­ском селе­нии, — пьянству.

Пер­вым дол­гом отец Евста­фий сде­лал в церк­ви ука­за­ние сво­им при­хо­жа­нам, что им неод­но­крат­но заме­че­но было, что сре­ди них цар­ству­ет нетер­пи­мый сре­ди хри­сти­ан порок, и порок губи­тель­ный — пьян­ство, и стал он твер­дить при вся­кой цер­ков­ной и част­ной служ­бах, что пьян­ство пагуб­но, разо­ри­тель­но, пре­ступ­но… Было здесь заве­де­но, что сва­дьба без вод­ки не игра­ет­ся; кре­сти­ны без бело­го вина — не справ­ля­ют­ся; помин­ки и все дру­гие хри­сти­ан­ские уве­се­ле­нья без выпив­ки не устра­и­ва­ют­ся. На всех этих и дру­гих уве­се­ли­тель­ных собра­ни­ях обык­но­вен­но пред­се­да­тель­ству­ет свя­щен­ник и сво­ей дес­ни­цей бла­го­слов­ля­ет им «чару». Теперь у нас ста­ло не то, не те поряд­ки. Новый насто­я­тель-трез­вен­ник, пой­дя на сва­дьбу, не пьет и нико­му не бла­го­слов­ля­ет, а при­ни­ма­ет­ся или за бесе­ду, или за чте­ние про вред пьян­ства; так же быва­ет и на дру­гих празд­нич­ных собра­ни­ях. Неко­то­рые из недо­воль­ных ста­ли вор­чать на это ново­вве­де­ние, а дру­гие — были доволь­ны это­му, не скры­ва­ли сво­е­го удо­воль­ствия и даже ста­ра­лись как мож­но шире огла­сить об этих новых поряд­ках. Таким обра­зом, мало-пома­лу, собра­лось и у нас несколь­ко чело­век, поже­лав­ших соста­вить обще­ство трез­во­сти и дать обе­ща­ние не пить вод­ки и дру­гих охме­ля­ю­щих напитков.

Слу­чи­лись это так…

В одно вос­кре­се­нье после обед­ни трез­вен­ни­ком-насто­я­те­лем была ска­за­на живая речь по пово­ду сви­реп­ству­ю­ще­го в нашем при­хо­де пьян­ства. Речь эта име­ла свое дей­ствие: тот­час же пять чело­век, в чис­ле кото­рых были мест­ный учи­тель и пса­лом­щик, дали обе­ща­ние не пить в тече­ние извест­но­го вре­ме­ни вод­ки, вина, пива и дру­гих охме­ля­ю­щих напит­ков. В заклю­че­ние был отслу­жен моле­бен Божи­ей Мате­ри. Обще­ство у нас име­ну­ет­ся Покровским.

Таким обра­зом, бла­го­да­ря отцу Мала­хов­ско­му и дру­гим рев­ни­те­лям трез­во­сти поло­же­но было нача­ло ново­му обще­ству трез­во­сти в нашем селе.

Это пер­вое зер­но трез­во­сти, бро­шен­ное доб­рой рукой в нашем при­хо­де, не заглох­ло, а с каж­дым днем всё более и более раз­ви­ва­ет­ся и чис­ло трез­вен­ни­ков увеличивается.

Но ред­ко быва­ет так, что­бы доб­рое дело не име­ло вра­гов. Так слу­чи­лось и у нас. Яви­лись сво­е­го рода вра­ги трез­во­сти — это пар­тия мест­ных «кула­ков», забрав­ших в свои руки пья­ниц-бед­ня­ков и сде­лав­ших их сво­и­ми раба­ми. Те-то вот и нача­ли рас­про­стра­нять по селу мол­ву, что обще­ство трез­во­сти есть не что иное, как попов­ские, хоро­шо им извест­ные уловки.

Но на все эти безум­ные речи новые трез­вен­ни­ки не обра­ща­ют вни­ма­ния, а, напро­тив, всё более и более укреп­ля­ют­ся в сво­их обетах.

В насто­я­щее вре­мя запи­сав­ших­ся и дав­ших обет трез­во­сти 35 чело­век: на 15 лет — двое, на 4 года — трое, на 5 лет — чет­ве­ро, а осталь­ные на раз­ные мень­шие сро­ки. Меж­ду трез­вен­ни­ка­ми есть дав­шие обет не толь­ко не пить, но и не курить, и не играть в карты.

Надо заме­тить, что из них одна треть таких, кото­рые под каба­ком и дне­ва­ли и ноче­ва­ли и все свои зара­бот­ки пропивали.

Самым луч­шим пока­за­те­лем успе­ха наше­го обще­ства трез­во­сти явля­ет­ся то обсто­я­тель­ство, что в Рож­де­ство и Пас­ху не виде­ли ни на ули­це ни в домах пьян­ства и пья­ных людей. Ущерб для каба­ка таков: в 1906 и 1907 годах он вытор­го­вы­вал в самый бед­ный месяц 700 руб­лей, а в сем 1908 году за апрель вытор­го­вал толь­ко 200 руб­лей, чем, конеч­но, крайне недо­воль­ны постав­щи­ки хмель­но­го пития. Ныне трез­вен­ни­ки гово­рят, что все­ми мера­ми поста­ра­ют­ся, что­бы на 1909 год кабак закрыть.

Сей­час обще­ство оза­бо­че­но тем, что­бы изба­вить сво­их собра­тий от погуб­но­го зелья: дать им разум­но-полез­ное раз­вле­че­ние, напри­мер, откры­ти­ем биб­лио­те­ки-читаль­ни, но это­му пре­пят­ству­ет, во-пер­вых, недо­ста­ток средств, а во-вто­рых, неиме­ние удоб­но­го помещения.