− Батюшка, прежде чем начинать разговор о новомучениках, хотелось бы спросить: что такое святость и кто такие святые?
− Зачастую между словами «святость» и «нравственная безупречность» люди ставят знак равенства, и святым называется нравственно возвышенный, чистый человек. Но понятие святости не исчерпывается нравственной безупречностью, оно шире.
Из Священного Писания мы узнаем, что, во-первых, свят Сам Бог, а во-вторых, свято все, что принадлежит (посвящено) Богу: храм, закон Божий, слово Божие, народ Божий. Одно из значений слова «святой» – «отделенный, посвященный». Бог отделен от мира − Он Святой. Вода отделена от другой воды − она святая, посвящена Богу. И люди святые − они, в отличие от всех людей, посвящены Богу. Поэтому когда мы рассуждаем о святых, то говорим в первую очередь о людях, явивших своей жизнью эту посвященность, отдавших себя всецело на служение Богу.
Апостол Павел, обращаясь к первым христианам в Риме, называл их «призванными святыми» (Рим. 1: 7), «святыми во Христе Иисусе» (Флп. 1: 1). Это не значит, что древняя Церковь состояла из нравственно безупречных людей, речь шла именно о призвании быть святыми. И отличие святых от не-святых состоит в том, что святые всегда обращены к Богу, Которому они посвящены, и только в Нем Одном ищут конечную цель жизни. Об этой устремленности всех людей к богопознанию замечательно высказался учитель Древней Церкви блаженный Августин: «Ты, Боже, создал нас со стремлением к Тебе, и беспокойно наше сердце, пока не успокоится в Тебе».
− Но мы все равно чувствуем глубокую разницу между святыми и нами, хотя тоже говорим, что посвящаем себя Богу, стараемся бороться со своими недостатками… В чем наше отличие?
− На пути совершенствования, преуспеяния духовного, Бог и Церковь Христова полагают нам образцы − вершины подвига − в конкретных святых. И даже показывают через их житие, как они этих вершин достигли. Мученики, например, через всецелое самопожертвование. Подвижники веры стремились всеми силами укротить страсти, пороки, и делали это с помощью молитвы, поста, милостыни − деятельной любви к Богу и ближнему. Таких людей бесконечное множество, список святых не исчерпывается календарем или сводной табличкой «количество человек в Царстве Небесном»…
Так сложилось, что о некоторых святых мы достоверно знаем обстоятельства и содержание их подвига. А главным и очень существенным является тот факт, что Сам Бог показывает через этих людей Свое присутствие и Свою благодать чудесами, знамениями, происходящими от их икон, или останков (мощей), или в местах, связанных с их служением.
И если к свидетельству от Бога через мученичество или через чудо прибавляется осведомленность Церкви о подвижнической жизни человека, − то есть основания для провозглашения его святым. Но святым делает Бог, а не наше провозглашение. Мы только констатируем: подвижник такой-то Богу угодил, он не умер, и для Церкви он живой, а Бог являет Свое присутствие через него, собирает Свой народ через него и учит нас жизни по вере. Вот такие люди причисляются к так называемому лику − или собору, сонму − святых.
− То есть прославленные Церковью святые − это как образец нам и указатель, как идти в царство Небесное?
− Да.
− Какова в этой связи особенность святости новомучеников и исповедников − святых ХХ века?Что они явили?
− Многие люди говорят: «Если бы я увидел чудо, то поверил». Мы можем засвидетельствовать совершенно обратное: не вера возникает в результате чуда (чаще всего она и не возникает в результате чуда), а чудо возникает в результате веры.
Огромное число людей ХХ века показало, что христианство для них не пустая традиция, которую можно поменять в угоду времени, списать как исторически отжившую и никому не нужную. Беззащитные, обреченные на унижение и смерть люди противостояли такому организованному безбожию, что мы не можем не удивиться: они не только вышли победителями из этой борьбы, но и сама Церковь, само христианство оказались сохраненными в нашем народе благодаря их подвигу, а это и есть их величайшее чудо.
Поэтому особенность святости в ХХ веке напрямую связана с живым исповеданием Христа не как идеи, приносящей прибыль, или национальной идеи, делающей нас принципиально отличными от всех других народов земли. Ничего подобного! Новомученики засвидетельствовали, что христианство живо не умозрительно (в душе), а в повседневной жизни, в которой они, может, много чего не успели, не достигли и не реализовали. Но когда Бог позвал их быть Своими свидетелями, Своими друзьями и Своими служителями, они − каждый из этих мучеников − явили настоящую любовь к живому Христу.
Священномученик Петр (Зверев)
Архиепископ Воронежский и ЗадонскийАрхиепископ Петр, в миру Василий Константинович Зверев, родился в 1878 году в семье священника. Закончив историко-филологический факультет МГУ, поступил в Казанскую духовную академию, где принял монашество с именем Петр и был рукоположен в иеромонаха.
8 августа 1910 года возведен в сан архимандрита.
В 1916−1917 годах служил проповедником на фронте.
15 февраля 1919 года был хиротонисан Патриархом Тихоном в епископа Балахнинского, викария Нижегородской епархии. В мае 1921 года арестован и пробыл в заключении до 4 января 1922 года.
Со 2 января 1922 года назначен епископом Старицким, викарием Тверской епархии. Служил как простой священник, распорядившись все ценные вещи из храмов, кроме предметов для священнослужения, передать для нужд голодающих Поволжья.
22 ноября 1924 года арестован и выслан в Туркестан на два года.
В 1924 году недолго управлял Московской епархией.
С января 1926 года по просьбе верующих был назначен архиепископом Воронежским и Задонским. 29 ноября 1926 года арестован, 22 марта 1927 года приговорен к 10 годам лишения свободы «за контрреволюционную деятельность» и отправлен для отбытия наказания на Соловецкий остров, где был избран ссыльными архиереями главой соловецкого православного духовенства.
В январе 1929 года заболел тифом и был перевезен в Гологофско-Распятский скит на о. Анзер, где скончался 7 февраля. Вопреки запрету начальства, был похоронен отдельно, после отпевания и в облачении, напротив алтаря храма Воскресения Христова на о. Анзер.
17 июня 1999 года было установлено место его захоронения и обретены мощи.
В 2000 году архиепископ Петр прославлен РПЦ как священномученик.
В настоящее время его мощи, за исключением честной главы, оставленной на Соловках, покоятся в АлексиевоАкатовом женском монастыре Воронежа. На месте обретения мощей на о. Анзер поставлена часовня.
Вот в этом − урок веку XXI, много рассуждающему о высоких добродетелях, цели в жизни,взаимоотношениях людей… Что будет положено в основу устроения общества?
Явленный в таком множестве, этот подвиг показал, что сердцевиной жизни народа осталась живая христианская вера. Дай нам Бог такую веру стяжать! И новомученики как, наверное, никакие другие святые, воссиявшиев Русской Церкви и во всей Вселенской Церкви, для нас оказываются сегодня ориентиром, если говорить о восстановлении духовной и, в первую очередь, церковной жизни народа.
Я понимаю, что разговор о новомучениках для людей нецерковных почти неинтересен. Лишь жалостью отзовется сердце постороннего для Церкви человека на факт убийства или осуждения невинных людей, подвергнутых физической, психической, нравственной, социальной, политической тирании… Но такой жалостью нельзя поправить ошибок, сделанных человечеством.
Прославлением новомучеников Господь призывает чад Своей Церкви увидеть, что они не новички: их ждет давно возделанная нива, политая потом и слезами новомучеников. Мы живем плодами их благодатного сеяния и должны в их подвиг как бы включиться, продолжить его. И это необязательно будет связано для нас с убийством, заключением в лагеря, этапами, ссылками, тюрьмами, расстрелами… Но напрямик связано с нашей решительностью жить по вере, по Евангелию.
В первую очередь мы должны воспринять от них живую традицию христианской жизни. Мы умом верим в Бога, в необходимость добродетелей, в набор общечеловеческих ценностей: семья, дружба, родина, работа, облагораживающий труд, искусство – в то, чем человек принципиально отличается от животного и что позволяет каждой личности совершенствоваться. Но ведь самое важное − не развитие внешних способностей, мышц, ума, свойств характера, а наше движение к Царству Божию как личное, так и коллективное.
Можно думать, что если мы русские, крещеные, православные, то Царство Божие у нас в кармане. А Господь говорит, что Царство Божие нудится, то есть достигается только теми, кто старается, предпринимает усилия, чтобы войти в него (Мф. 11: 12). И мы должны спрашивать себя: насколько наша жизнь соответствует жизни мучеников? Ищем ли мы Царства Божия, хотим ли быть его наследниками? Или живем в мире успокоения, который может разрушиться от любого человеческого прикосновения?
Ведь каждый второй человек, с которым общается священник, уверяет, что у него Бог в душе, такой человек даже не понимает, что смысл христианства − не одного себя, свою душу спасти. И если бы речь шла о том, что Бог будет частью души, то разве сказал бы Он: «Вы − свет мира… И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме» (Мф. 5: 14−15). И «всем» здесь значит, что все должны увидеть в нас эту веру. Как же они ее увидят, если Бог спрятан так глубоко в душе, что ни один человек не догадается, что мы вообще верующие. И пример мучеников ХХ века показывает, что путь к Богу пролегает не через представление о себе как хранителе Бога в душе, а через исполнение в жизни заповедей Христовых, чтобы люди «видели ваши добрые дела и славили Отца вашего Небесного» (Мф. 5: 16).
Когда мы смотрим на подвиг мучеников, то можем сказать, что Евангелие Христово исполнилось на них целиком. Мир видит их добрые дела, сделанные и в жизни, и в смерти. Их смерть стала не уничтожением, не бессмысленной гибелью, а проповедью о Христе Распятом и Христе Воскресшем.
− Нередко приходится слышать вопрос: а в чем чудо? Люди верили во Христа, служили Ему, а с ними поступили жестоко, их мучали, они страдали, умерли. Где же был Христос? Если это такие хорошие люди, почему Он их не спас здесь?
− В Откровении Божием, хранящем слова Господа, сказано о пути христианина: не надо думать, что вы проведете свою жизнь на диване, у телевизора, у амбара, заполненного продуктами, и ничего в вашей жизни не случится − ни болезней, ни лишений… Наоборот, вас поведут в судилище, предадут в темницы, будут бить. По какой причине? «Имени Моего ради» (Мф. 10: 16 – 22). Мир будет без конца проверять христиан, подлинно ли они веруют, и способ проверки у мира только один − силовой.
Страхом смерти или всесильного «общественного мнения» вынудить от человека отречение. В чем тогда чудо? А вынудил ли мир у мучеников это отречение? Нет. А вынудит ли он от меня это отречение? Это открытый вопрос. И поэтому я жду чуда в своей жизни, я преемник этого чуда.
Кто сегодня может прожить жизнь великомучеников Георгия Победоносца, Димитрия Солунского или Артемия? Их житие стало какой-то легендой. Мы даже не соотносим их жизнь со своей собственной. Они слишком для нас высоки и существуют как бы в параллельной реальности.
Мученики ХХ века жили в той же реальности, что и мы с вами. Они служили в этих храмах, в которых служим и молимся мы, их убивали и содержали в темницах, волокли по судилищам и требовали отречения вот здесь. Земля Подмосковная приняла их тела после убиения, и на этой земле мы осуществляем всю свою жизнь. Это одна и та же реальность. Но меняет ли это что-то в нашей жизни?
Люди думают, что нужно верить, чтобы избавиться от страданий, несправедливости, смерти. А слово Божие предупреждает об обратном. Именно потому, что вы ни в чем не виноваты, вы Христовы, «имени Моего ради», − а не потому что вы бандиты, воры, лжесвидетели, изверги человеческого рода, − вас потащат и ни одного не оставят в покое. И поэтому люди, ищущие в религии комфорта, жестоко ошибаются.
И где-то подспудно многие не хотят становиться христианами, понимая, по-моему, эту почти нестерпимую для души истину: оказывается, быть христианином − это согласиться, что тебя потащат, не потому, что ты злодей, а потому, что ты − не злодей. И оклевещут как злодея…
Поэтому очень наивно представление, что вера во Христа, Его присутствие в жизни христианина должны сопровождаться какой-то человеческой неуязвимостью. Мы как будто должны превратиться в человеков-героев, у нас по пятнадцать жизней, нас убивают − мы воскресаем, нас снова убивают, мы снова воскресаем, на каждое слово мы отвечаем десять, можем останавливать солнце, призывать смерть на врагов… Но что говорит нам слово Божие: “Благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас» (Лк. 6: 28). Господи, как под этим подписаться, как это можно осуществить в жизни? Где-то в уме, я, может, и предполагаю, что это можно осуществить, а реально в жизни-то как? Это показывают нам мученики. Их удивительный подвиг совершен не потому, что из ненависти к мучителям они были готовы терпеть все, что угодно, а потому, что из великой любви к Богу они мучителей не осуждали. И многие мученики предупреждали мучителей, что разрушение Церкви − это грех, который принесет ужасающие плоды для русского народа. Потому что зло, как и добро, приносит свои плоды, люди должны опомниться…
Нам хочется жить спокойно, собирать урожай, строить собственный дом, растить детей, честно исполнять гражданский долг. Всему этому нам не препятствуют, даже помогают. Но мир не щадит никого, если видит в человеке христианина. Он убивает, гонит, притесняет детей, стариков, ценных и неценных, несмотря ни на какие растраты. Это война, в которой не было ни минуты перерыва. Почему и откуда такая ненависть к христианству и христианам? Трудно ответить. А мы, по пословице, − хотим и рыбку съесть, и кости продать. Так удобненько устроиться, чтобы и Христос с нами был, и ничего нам за это не было.
− То есть урок новомучеников заключается и в том, что если ты верующий, то
скорби обязательно будут…
− Они нужны. Они не случайность, а, если хотите, − закономерность. Слово апостола Петра вполне нас в этом убеждает. «Возлюбленные! огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного, но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явление славы Его возрадуетесь и восторжествуете. Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас» (1 Пет. 4: 12−14).
− И как тогда смотреть на события столетней давности в истории нашего Отечества? Как на трагедию или на чтото, что нам было нужно?
− Я бы разделил здесь. Трагедия была в том, что людей вынуждали менять мировоззрение, убивали за это. Но с точки зрения Церкви − как она бы посмотрела на свой ХХ век − это ее слава, конечно. Первое поколение большевиков думало, что в ближайшие годы Русская Православная Церковь как организация прекратит свое существование явочным порядком, то есть никто не будет верить в Бога и в храмы ходить. А что они встретили взамен? Какое-то совершенно непонятное для них сопротивление… Слава Церкви в ХХ веке в том, что она родила в русском народе такое количество верных Богу людей и явила их верность так высоко, так торжественно, что для нас это даже невместимо. Поэтому для Церкви, я думаю, это время торжества.
С другой стороны, для Церкви это и время оплакивать своих детей, поддавшихся духу атеизма, безбожия, разрушения и смерти. И если бы задумался русский народ о достижении для каждого из нас высочайшего своего предназначения, то, может быть, многое бы изменилось…
− А как помочь людям стать причастными опыту новомучеников, этой верности?
− Об этом нужно не молчать, а говорить и привлекать внимание, вольное или невольное. Нужно проповедовать и рассказывать об этом подвиге, во-первых, для тех, кто сможет откликнуться на него, а, во-вторых, это важно для самой Церкви, потому что, несмотря на захватывающий мир дух атеизма и шельмования Церкви, Церковь ежедневно прирастает верующими. Наша внутренняя миссия имеет своей задачей среди прочего — донести, в чем был смысл жизни Церкви в эпоху гонений и разрушения.
− Напоследок хотелось спросить: Вы много лет трудитесь в комиссии по канонизации святых. Какое-то житие особо осталось в сердце и в памяти?
− Из священномучеников − это житие священномученика Петра (Зверева), архиепископа Воронежского. А из простых мучеников − это мученица Татьяна Гримблит. У меня есть сын Петя и дочка Таня, они в честь них названы. Мир мучеников очень богат, потому люди могут найти в нем что-то сродное себе − на что откликается сердце, воля, внутренний мир.
Есть мученики с очень яркой биографией. Вот если мученицу Татьяну Гримблит взять: человек прожил 35 лет. Из них 12 лет лагерей и ссылок за Христа. Она сознательно взяла на себя подвиг помогать обездоленным, в особенности страдающим за исповедание веры.
Татьяна Гримблит
Татьяна Гримблит родилась в декабре 1902 года в Томске, ко времени революции ей было 15 лет. Уже в 17 лет − первая тюрьма за оказание помощи арестованным церковникам. Всю жизнь она находилась в активной переписке с огромным числом отбывающих заключение священнослужителей − выдающихся иерархов нашей Церкви и простых священников, а также с верующими мирянами.
Я Тебя и умирая,
Мой Господь, благословлю,
Ты мне дал блаженство рая,
Радость подарил Твою.
Я спокойна − что мне надо?
Ничего я не ищу,
И Тебе, моя Отрада,
Дней остаток посвящу.
Я любви Твоей не стою
И завета не храню,
Только всей моей душою
На кресте Тебя люблю.
Вечно бы в груди носила
Красоту Твою с мольбой.
Помоги, чтоб и могила
Не закрыла образ Твой.
Татьяна Гримблит, 1931 год
Она группировала вокруг себя заинтересованных людей, иначе было бы невозможно оказывать помощь почти сотне постоянных адресатов. Она была не понята в семье, и это стало самым страшным испытанием. Любовь к Богу привил ей дед, который служил священником и был законоучителем в университетской церкви в Томске. Он смог открыть перед ней живое Предание.
Следователь в 1937 году пришел в недоумение от ее показаний. На вопрос сослуживцев о том, почему ведет такую скудную жизнь, она отвечала: «Вы тратите деньги на вино и кино, а я на помощь заключенным и Церковь». А о нательном кресте сказала, что снимется он только вместе с головой, так как надет навечно. И человек не боялся ни исповедовать себя верующим, ни жизнь свою осуществлять по вере. А сказано это было не в 2019 году, а 1937, и не перед публикой, а перед следователем. Татьяна Гримблит была расстреляна 23 сентября 1937 года в Бутове, под Москвой.
Когда родственники принесли ее стихи, написанные в ссылках, в тюрьмах и на этапах, − они оказались такими чистыми и светлыми! И нет никакого переживания о своей несчастной доле! Она была полна благодарности Богу за то, что поняла цель и краткость жизни − эту возможность сделать шаг навстречу Богу, Который давным-давно ждет нашего обращения. И меня потрясла ее внутренняя христианская свобода, ее чистота, отзывчивость и радость, о которой говорил апостол Павел: «Всегда радуйтесь… За все благодарите… Духа не угашайте» (1 Фес. 5: 16−19). И человек жил этими простыми советами апостола, и потрясающих высот достиг − в своей внутренней молитвенной жизни и в жизни внешней.
Беседу провел
священник Димитрий Шаповалов,
фото из архива
протоиерея Максима Максимова
